Смотрите, это — человек

07 сентября 2000 13:00
 9063

Люди привыкли понимать под словом «бомж» нечто ужасное и опустившееся. Существо, которое уже нельзя назвать человеком, и для которого все граница людского уже стерты. В нашем представлении бомж — это грязь, вечно пьяное состояние, и обязательно дурные помыслы. Так думала и я. До тех пор, пока в редакцию не позвонил взволнованный голос: «Помогите, нашего бомжа выселяют с чердака, на котором он прожил уже шесть лет!» Согласитесь, звучит странно.


И вот мы уже там, в «квартире» бездомного. Квартирой это можно назвать с трудом: «потолок» высотой полтора метра, тусклый свет, отсутствие канализации. Но зато стол и диван собственного сооружения, кипа книг и журналов, одежда, развешанная на веревке, и… маленький черный котенок.

Сам Александр Васильевич выглядит необычно для такой обстановки: брюки, чистая белая рубашка, осмысленный взгляд.

Это нормальный, непьющий человек, которому просто не повезло в жизни.

— Расскажите, как вы сюда попали?


— Я работал в производственном управлении ВАЗа. Меня направили в командировку в Баку. Там все и случилось. Шел я как-то вечером по улице, и на меня напали четверо — все они были с ножами. Одного из них мне пришлось ударить палкой по голове. Не знаю, умер он, или нет, только папа у него оказался каким-то значительным лицом. В общем, меня посадили на пятнадцать лет. По истечении срока я вернулся в Тольятти. Но все сильно изменилось: моя жена умерла, а нашу квартиру в седьмом квартале отобрали. Был у меня сын, но когда я приехал, нигде не смог его найти…

Потом Александр Васильевич жил в лесу, но к зиме появилась необходимость перебираться в теплое место. Друзья по несчастью показали тот самый чердак. И началось обустройство «дома»: притащил выброшенную старую мебель, кто-то дал книги (Александр Васильевич очень любит читать). Пока мог ходить, зарабатывал себе на еду, собирая пустые бутылки.

А недавно стали отказывать ноги, нет возможности так часто выходить на улицу — пропала единственная возможность зарабатывать. Сейчас Зубницкий ест только тогда, когда о нем вспоминают бомжи из соседних домов или сами жильцы. Когда не вспоминают — голодает.

Странно то, что именно они («соседи» с ближайших этажей) и подали жалобу с просьбой выселить бомжа: мол, мешает жить, и наглухо закрыть чердак.

— Неужели за эти шесть лет вы не пытались куда-то устроиться — в приют, социальную гостиницу?

В глазах — растерянность и непонимание.

— Так у меня же документов нет — меня нигде даже слушать не хотят…

А тем временем, до следующего понедельника бомжу необходимо освободить чердак, в противном случае грозятся его там наглухо, насовсем закрыть. Не слишком ли «круто» даже для человека без места жительства?

Глядя на этого человека, понимаешь, что после всех испытаний, которые ему пришлось пережить, и немалого возраста (ему уже 63 года), он не потерял еще интереса к жизни, ему не все равно, что с ним будет. В худшем случае улицы Тольятти пополнятся еще одним обозлившимся бродячим бомжом. А в лучшем… Впрочем, это решать ему самому.

P.S. Мы не смогли остаться равнодушными к судьбе этого человека — связались с социальной гостиницей нашего города. Там нам сказали, что готовы принять бомжа и оказать ему необходимую помощь.


Екатерина ПЕРЕВЕЗЕНЦЕВА

Источник: нет источника

Для комментирования войдите через любую соц-сеть:
Комментарии
Мнения

Вы пойдете на выборы 9 сентября?

Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: