Выбор стратегии сделан: государственно-олигархический капитализм, азиатская модель

19 мая 2000 10:54
 10280

Борьба за выбор направления и темпов осуществления экономических реформ закончилась, так и не войдя в решающую фазу. Несмотря на всяческую поддержку со стороны МВФ и Мирового Банка, Центр стратегических реформ ощутимо теряет влияние на президента и соответственно «аппаратный» вес. Идеологи структурных реформ обнаружили серьезную оппозицию в лице еще недавно «технического» премьера Михаила Касьянова. Благо уже то, конечно, что теперь оппозиция персонифицирована — борьба с многоголовой бюрократической гидрой была бы еще более безрадостна.

Касьянов очень удачно использовал консультации с думскими фракциями перед тем, как утвердиться в должности премьера. Никакой необходимости в компромиссных уступках депутатам с его стороны не было: понятно, что Касьянова утвердят с первой попытки совершенно независимо от того, что он кому скажет. Поэтому заявления премьера — не авансовая выплата перед голосованием: он имел возможность говорить только то, что считает нужным, — и эту возможность использовал.

Касьянов не исключил использования правительством элементов экономической программы КПРФ (с которой он успел ознакомиться, по собственному признанию, за сутки, — в отличие от не дочитанной пока программы ЦСР). Более того, премьер практически уравнял программу ЦСР с прочими «документами программного характера» — все они будут внимательно изучаться правительством после того, как оно будет сформировано.

Лучше бы, конечно, наоборот: правительство — как любой коллектив менеджеров — должно подбираться под задачу. Если принята задача удержания текущей ситуации — нужен один кабинет, если структурные реформы — другой, если ключевым моментом признается развитие конкурентных сред и регулирование монополий — нужны одни люди, а если создание мощных государственно-частных холдингов — совсем другие. Республика у нас президентская, поэтому как бы предполагалось, что президент и будет осуществлять постановку задачи, а собранное для решения определенных задач правительство — эти задачи решать.

В силу разных причин получается не так. Еще немного, и 2000 год пополнит список потерянных для реформ лет. Программа ЦСР до сих пор не опубликована (перепечатки в прессе — специально организованные утечки вечно «предпоследних» вариантов текста); лица, принимающие решения, хоть и получили какую-то программу, но никак ее не дочитают. Путин, до выборов и по инерции некоторое время после курировавший работу ЦСР, в последнее время старается не высказываться на эту тему.

Греф не признает ни один из вариантов текста окончательным, — возможно, ожидая полного одобрения концепции. Не сумев обеспечить взаимодействие экономистов с президентом, он, похоже, прекратил сопротивление (если вел его) и готов признать главенствующую роль кабинета министров в новой структуре принятия решений. Созданный тогдашним и.о. президента ЦСР теперь готовит, оказывается, «программу нового правительства» (а не президентскую программу). Греф консультируется с «Единством» и готов с учетом пожеланий корректировать план налоговой реформы; на очереди остальные фракции. Возможно, руководитель ЦСР теперь жалеет об отказе от первоначального плана — выслушать всех без исключения и представить президенту 3-4 разных варианта стратегии на выбор.

Отсутствие программы действий не помешало назначить премьер-министра, принять решение о сохранении Минтопэнерго в структуре правительства и о приватизации нефтяных компаний; скоро станет известен и персональный состав кабинета. Правительство ознакомится со всеми «программными документами», даже с теми, которые читать вряд ли нужно. Но Касьянов более чем когда-либо уверен в независимости: «В любом случае, использованы будут лишь те предложения, которые не расходятся с логикой кабинета министров».

А с логикой все будет в порядке. Логика кабинета вполне самодостаточна, выстраиваться она будет, как и при Ельцине, в переплетении ведомственных, клановых, отраслевых, корпоративных и прочих групповых интересов. Т.е. содержательной логики не будет — но и не надо. Государство останется ключевым игроком (а не судьей) в экономике, деприватизации власти не будет — лишь смена элит.

Трудно счесть случайностью, что Михаил Касьянов легко нашел понимание у коммунистов, а программа Маслюкова «по некоторым вопросам совпала с позицией правительства» — в первую очередь, «в отношении использования инвестиций для подъема экономики». Разумеется, речь идет об инвестициях государственных либо под гарантии государства (а не о создании условий для привлечения частных, как о том мечталось «дедушке российских реформ» Евгению Ясину), а также об активной отраслевой политике. Часть госинвестиций касьяновское правительство будет проводить через задуманный тем же Маслюковым Банк развития, часть — через отраслевые банки вроде Россельхозбанка. Эти структуры не являются необходимыми с точки зрения развития банковской системы или аграрного сектора, но так государству удобнее.

Разумеется, и частной инициативе — зеленый свет, и малому предпринимательству — всевозможное содействие и спецминистерство, чтобы в обиду не давало. Но и государство ведь не должно уходить из экономики. Особенно если ему трудно решиться на институциональные преобразования и если оно считает, что прямыми инвестиционными вливаниями обеспечить быстрый рост экономики куда проще.

Образцом взаимодействия государственных и частных интересов будет считаться МПС: и министерство и госкомпания в одном лице; к тому же региональные интересы учтены (самостоятельность железных дорог) и частники допущены (как операторы, арендаторы подвижного состава и т.д.). И прибыль есть, и инвестиции производятся, и тарифы растут не то чтобы сверхбыстро и бесконтрольно. Пусть инвестполитика и доходно-расходная политика неэффективны — жить-то всем надо. Главное — меру знать. К тому же, при нашем подходе к приватизации, неизвестно, где потери государства больше — в случае неэффективной работы госкомпании или в случае ее приватизации за бесценок.

На очереди создание/возрождение и других госхолдингов. Президент уже одобрил создание государственного унитарного предприятия «Росспиртпром», которому будут переданы все госпакеты акций предприятий спиртовой отрасли. Очевидно, что холдинг, владеющий 50 контрольными и 20 менее крупными пакетами акций предприятий, сможет выбить любые необходимые ему льготы (налоговые, таможенные, у поставщиков, у того же МПС), сможет диктовать ценовую политику и т.д. А частные предприятия в перспективе смогут довольствоваться отданными им на откуп участками рынка.

Прочим претендентам на исключительное конкурентное положение придется делиться — здесь паритет между государственным и частным капиталом будет более сбалансированным. В обмен на госинвестиции, льготы и преференции, протекцию, помощь в вытеснении конкурентов и т.д. придется отдать часть собственности и прибыли — таково содержание процессов отраслевой и межотраслевой консолидации, которые могут развернуться в обозримом будущем. В обрабатывающей промышленности консолидировать активы будет проще — предприятия слишком разрозненны. Чуть более серьезное сопротивление могут оказать крупные топливно-энергетические холдинги, но и на них есть и управа, и приманка.

Тот же «Газпром» заинтересован в разнообразных прямых и скрытых формах господдержки (в том числе за счет изменения структуры топливного баланса страны), не говоря уже о капвложениях в газовую отрасль «в форме связанного госкредитования». Долгое время зампред правления «Газпрома» Петр Родионов не обращался к правительству с подобными просьбами. Потому как было бесполезно. Теперь — можно.

В результате мы делаем следующий шаг к построению системы государственного капитализма. Подтверждаются слова Андрея Илларионова, что для России актуален выбор между латиноамериканской экономической моделью периода до середины 80-х, африканской и восточно-азиатской моделями. Похоже, будет происходить тихое «сползание» к третьей из перечисленных — к капитализму со слабой конкурентной средой, ничтожным развитием малого и среднего бизнеса и 5-10 мощными частно-государственными холдингами, обеспеченными преференциями и протекцией всей государственной машины. Собственно, поворот в эту сторону начинало осуществлять еще правительство Примакова — Маслюкова — Кулика, правда, исходя из другого набора групповых интересов и не слишком эффективно. Теперь почти то же самое может быть проделано более грамотными менеджерами.

Кроме того, касьяновское правительство вполне понимает необходимость жесткой бюджетной политики, ограничения госзаимствований. Да и государственно-частным корпорациям придется умерить аппетиты соответственно ограниченным возможностям. А структурные реформы начнутся позже — для этого надо пережить кризис азиатской модели госкапитализма, чтобы реформы были ответом на соответствующие структурные проблемы. Пока, очевидно, мы этими проблемами насладились в недостаточной мере и вполне готовы довольствоваться косметическими и неспешными переменами.

Борис Грозовский,
Полит.РУ

Источник: нет источника

Для комментирования войдите через любую соц-сеть:
Комментарии
Мнения

Какой вопрос необходимо вынести на голосование для тольяттинцев во время выборов президента?

Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: