Владимир Меерсон: Привозить халтуру – все равно что наркотиками торговать

01 февраля 2012 08:47
 9924

 

Оказывается, я многим обязана Владимиру Меерсону, хотя он об этом и не догадывался. Пришлось признаться. Именно благодаря фирме «Мемфис», которую создал и которой руководит Меерсон, я в свое время узнала о существовании Хора Турецкого (еще не опопсевшего и не мелькающего в телевизоре); услышала мало тогда известного Сергея Пенкина; наконец, увидела вживую нашу любимую пани Монику – Ольгу Аросеву; пообщалась с замечательными, да что там – с великими Сергеем Юрским и джазменом Алексеем Козловым. А еще прошлой осенью был подарок от «Мемфиса» – квартет виолончелистов, которых разве что только за рубежом и встретишь… Да мало ли чего было за это время – за 20 лет существования фирмы «Мемфис».

В этом году и у «Мемфиса», и у самого Владимира Меерсона юбилей. Чем не повод для встречи?

– Ну что, можно начинать поздравлять?

– Чуть рановато. Так уж совпало, что мой личный юбилей и юбилей «Мемфиса» придутся на май.

– Вот уж намаялись-то, если верить приметам.

– Ну, в приметы я не верю. Все бы так маялись, как мы, – праздники людям устраивать. Да мы вообще любим с цифрами поиграть – отмечали все «пятерки», и 13 лет – подростковый возраст, и совершеннолетие – 18. Вот такая у нас фишка. И это не корпоративный праздник, а какой-либо сюрприз для горожан в честь своего дня рождения. А тут 20 скоро стукнет. Сейчас мы только начинаем юбилейный разбег. И начинаем его с такого мощного события, как выступление ансамбля имени Игоря Моисеева, которое состоится 6 февраля в ДКИТ. Об этом можно было только мечтать, поскольку этот ансамбль известен всему миру. Его выступления проходят на ура в любом уголке света, а к нам он приедет впервые. Хотя нет, один раз, очень давно, он у нас уже был, но на закрытом мероприятии, недоступном для широкой публики. А теперь вот любой желающий сможет увидеть этот уникальный коллектив.

– И вы знаете, какой репертуар будет?

– Да, они прислали программу. Хотя такой ансамбль в представлении не нуждается. Они танцуют русские, украинские пляски, еврейские, нанайские, шотландские танцы… Да что перечислять – им подвластно все. Подобного коллектива в мире все-таки нет. Приедут 85 человек. Меня радует то, что билеты на ансамбль Моисеева продаются неплохо, на фоне того, что мало какой концерт может сейчас собрать аншлаг. А ансамбль помнят, любят, его хотят увидеть – это радует.

– Ну это, скорее всего, не про молодежь…

– Да, это большая проблема. Интересуются настоящим творчеством среди молодых единицы, а остальные… Наверное, наша фирма тем и отличается, что мы стараемся привозить такие концерты, которые дают что-то для души, для сердца, а не разминку для ног.

– Вот и Сергея Пенкина ждем в марте?

– Его мы постоянно возим, потому что таких певцов мало: с таким голосом, с таким шоу и с полной отдачей на сцене. Хотя, если честно, полностью окупить тот или иной концерт сейчас трудно. Зрителей становится меньше. В чем причина? Цены на билеты и телевизор. Еще бы добавил депрессивное состояние у большей части населения. Иной раз позвонишь человеку, приходи, мол, на концерт. А мне в ответ: знаешь, ничего не хочется, только прийти домой, налить чаю или пива, включить телевизор и просто раствориться, чтобы в голове было пусто. Другой вариант ухода от депрессии – в Турцию на недельку поехать или по Москве погулять. Так сказать, развеяться. Причины-то у всех, может, и разные, но общая, на мой взгляд, все-таки одна – предкризисное состояние.

– Порой у людей и денег нет на билеты…

– И это тоже. Есть дорогие артисты, есть недорогие. Что удивительно, к недорогим в большей части относится наша интеллектуальная элита. Вот прошлым летом нам посчастливилось привезти Сергея Юрского в рамках фестиваля «Классика OPEN FEST». Опять же это благодаря фестивалю, который имеет каких-то спонсоров, какую-то материальную поддержку. Есть заветная мечта – привезти Светлану Крючкову с программой на стихи Ахматовой. Но я боюсь этого безумно – а кто пойдет на Ахматову сегодня? Интеллектуалы, как правило, нищие, для них билет ценой в 500 рублей – непозволительная роскошь, а остальные и имя-то Ахматовой не знают. А тем, у кого есть деньги, не нужна Ахматова. Это другие люди, и они влегкую найдут четыре с половиной тысячи рублей на концерт Стаса Михайлова.

– Вернемся к юбилею: ансамбль Моисеева, Сергей Пенкин…

– А еще у нас с Василием Воронским, хозяином «Парк-Отеля», есть одна задумка. Там уникальный зал с замечательной акустикой, он – камерный, ряды расположены амфитеатром, хорошая сцена. Именно там можно проводить хорошие мероприятия. Да, они не имеют широкой огласки и не будут иметь, информация есть на нашем сайте и на сайте «Парк-Отеля». В зале 120 мест, у нас там были выступления Френсиса Гойи, Игоря Губермана, ансамбля «Песняры»…

– Опаньки! А мы-то ни слухом ни духом.

– Ну, это были разовые мероприятия, теперь мы решили использовать этот зал чаще и продуктивнее. И раз в месяц здесь будут проходить концерты: столики с бокалом шампанского, при свечах. Первый концерт тут состоится 2 февраля – мы пригласили артистов Московской оперетты с программой «Брызги шампанского». А будут еще, например, Аркадий Инин с Евгением Смолиным – мэтры российской сатиры и юмора. А потом Тимур Шаов – 1 апреля.

– Ух ты… А почему его-то в камерный зал? А как же другие почитатели?

– Да потому что Шаов не соберет в нашем городе ничего. Мы его привозили в ДК «Тольятти», собрали ползала.

– На Шаова – и всего ползала?!

– А почему вы так удивляетесь? Все, что подразумевает интеллект, спросом не пользуется. У нас не имеют сборов Жванецкий, Шендерович, Губерман… Пусть теперь это будет 120 человек, но они придут. Кстати, Шаов тоже спросил, почему такой маленький зал. Пришлось ответить: в большом ДК ты будешь выступать в полупустом зале, а в камерном зале «Парк-Отеля» у тебя будет полное ощущение аншлага.

– Стало быть, об этих концертах мы сможем узнавать из сарафанного радио, на сайтах…

– Да, причем цена билета будет сохраняться такая же, как и при выступлении артиста в ДК. Реклама, афиши сжирают большие деньги и зачастую затраты просто не окупаются.

– Володя, но ведь когда 20 лет назад все это начиналось, наверное, все было по-другому: и артисты другие, и залы битком.

– Наш бизнес, к сожалению, не прибыльный. Он дает нам возможность жить, но не жить хорошо. Этот город изначально был заточен на социализм, он строился под ту систему, и когда она рухнула, мы оказались не готовы жить в новых условиях. У нас так и не появилась широкая прослойка интеллигенции, а теперь «мозгов» хватает только на зал в 120 человек. 20 лет мы бьемся за то, чтобы у нас появилась интеллектуальная публика. Поэтому я никогда не привозил и не привезу сюда «Руки вверх!», Юру Шатунова, а ведь именно на этом можно хорошо заработать. Но мой принцип: привозить халтуру – все равно что торговать наркотиками, а я этого делать не буду.

– Вы замечательный квартет виолончелистов в филармонию привозили…

– Да, это великие музыканты, известные всему миру. Но это оказалось фирме в убыток в несколько сотен тысяч, хотя я сделал гастроли в шести городах, получил удовлетворение. Я впервые привез их в Россию, хотя они – нашенские, но покоряют Европу, Америку, а недавно и Австралию. А тольяттинской публике оказались не нужны. Я безумно люблю делиться тем, что мне нравится. И сейчас у нас на вооружении ленинский принцип: «Лучше меньше, да лучше».

– Но все-таки публика за эти 20 лет изменилась или все больше уходит в депрессию?

– Та публика, которая была умной и просвещенной 20 лет назад, она такой и осталась, просто постарела. А молодежь, увы, поглупела. Нет, конечно, огульно нельзя так говорить обо всей молодежи, но процент умных молодых людей сократился на порядок. Это беда. Ей ничего не надо, в большей своей массе они разговаривают матом, не ругаются, а именно разговаривают. При социализме был неплохой принцип «Развлекая, просвещай». Хотелось бы быть просветителем в нашем сообществе, но, увы… Хотя меня поразил момент на концерте виолончелистов. Один молодой человек, явно случайно оказавшийся в зале, сказал потрясающую фразу: «Ни фига себе как играют!» По этой фразе можно догадаться, что никто и никогда его не учил понимать искусство. Так что это проблема глобальная для всей страны, одному «Мемфису» с ней не справиться, но если нам удается хоть капельку добра и просвещения добавить, мы рады.

– За это время попадались ли вам среди приглашенных артистов, певцов люди, скажем так, бесспорные в своем таланте, человеческих достоинствах?

– Конечно, за последнее время – Ольга Аросева, в общении с которой я просто купался, наслаждался. Сергей Юрский, Алексей Козлов, в этом я, кстати, благодарен Бориславу Гринблату, он просто заставил привезти на фестиваль таких мастеров. Приятным потрясением стало знакомство с актером Алексеем Гуськовым. Вместе со спектаклем «Трамвай «Желание» для меня открытием стала Ольга Прокофьева. После мыльных опер я не ожидал увидеть в этой актрисе такой глубины. Слава богу, интересных встреч бывает много, жизнь нас не обделяет этим.

– У меня всегда было такое представление, что чем человек талантливее, тем он скромнее…

– А зачем выпендриваться-то, если от бога уже награда есть – талант? Мне довелось поработать с Людмилой Зыкиной, Муслимом Магомаевым. Я был потрясен, поскольку был уверен, что столкнусь с высокомерностью и чванством звезды. И я бы даже не удивился этому: как же, они для нас небожители. А в ответ простота гения – ну дал боже талант, так надо отдать его людям. На открытие памятника Татищеву приезжала Людмила Зыкина, было столько народа, что мы не смогли подвезти ее к сцене. Я, переполошенный, обращаюсь к ней: «Людмила Георгиевна, вам придется сейчас продираться через всю эту толпу…». Она мне: «Володенька, это же люди». И пошла, и люди расступались как вода перед кораблем, старались целовать ей руки, и со всех сторон: «Наша Люсенька приехала!» А она шла и всем кланялась: «Спасибо, спасибо». Пришла в гостиницу и все цветы стала раздавать уборщицам, горничным: «Девочки, спасибо вам». Она всем говорила  «спасибо» и непременно «здравствуйте!».

– Что-то мне кажется, более молодым и рьяным до таких человеческих высот не подняться. Кто для вас сейчас нежеланный гость?

– Да чего скрывать-то? Не подам руки Аркадию Укупнику, он – композитор, пишет неплохую музыку к кинофильмам, но я не смогу с ним работать чисто из-за человеческих качеств. Извините мою нескромность, но я уже имею право выбирать. У меня много друзей артистов, с кем приятно общаться. Но есть и такие, у которых понтов больше, чем таланта. Игорь Николаев – не хочу. Я не люблю, когда не уважают людей и профессию. Киркоров себе не позволяет такого, как Николаев, который в присутствии посторонних орет на своих сотрудников так, что всем вокруг становится стыдно. Давно перестал общаться с Михаилом Турецким. Я его уважаю и диски старые храню, но есть моменты уважения и есть моменты любви. Его можно уважать за то, что сделал свой коллектив очень востребованным, появился свой стиль. Но вместе с этим появилось много пафоса, много гонора. Он опопсел, а деньги можно делать только на дешевке, и он удачно идет по этому пути. Да еще порой и под фонограмму.

– Вы меня убиваете…

– Да ладно. Много еще у нас ярких, талантливых и без тараканов в голове. Есть такое понятие – «хочется успеть». Как бывает обидно, что, кого-то выбрав для концерта, думаешь-думаешь, тянешь время, а потом раз – человек или из профессии ушел, или навсегда. Я вот, например, очень переживаю, что не смог, не успел привезти своего кумира Валерия Ободзинского. Я не поспешил, а надо было…

– Володя, давайте будем поспешать вместе. И ждем майских сюрпризов – на ваши юбилеи. Хотя, когда видишь призывное «Мемфис» представляет», уже знаешь – халтуры не будет. За это отдельное спасибо.

 

Текст:  Галина Плотникова

 

Источник: Городские ведомости

Для комментирования войдите через любую соц-сеть:
Комментарии
Мнения

Вас устраивают итоги выборов в Думу Тольятти?

Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: